Непонятные предметы: продолжаем разгребать

clutter Pagan Tarot Gina Pace

совершенно по правилу синхронистичности, в те дни, когда я наконец попрощалась с этими хламными пакетами, мне попалась статья авторки Carolyn Koehnline. Ровно о том, и про письменные практики к тому же.

За что люблю англоязычные источники — у них там просто оазис простоты и ясности: сложносочинённой русской душе всё время недосуг про простые вещи, потому что «ну и так понятно», а «там» не гнушаются сказать о простом.

А тут человек начинает с определения хлама. И определяет его как всё-что-угодно, что валяется под ногами, отвлекает от главного, отъедает по кусочку силы — и при этом не имеет применения в жизни. Любопытно, что авторка рассказывает о своём значительном опыте взаимодействия с хламом в клининговой службе. В этом качестве она насмотрелась на разные интерьеры, но во всех отмечала одно — перегруженность, переполненность и захламление жизненного пространства. Сначала, таким образом, у неё состоялось практическое соприкосновение с предметом, а уже потом она взялась препарировать это с помощью письменных практик и учить других разделываться с этим вредоносным барахлом. С помощью письменных практик она и её студенты добывали из-под хлама тот смысл, который там лежит и оправдывает наличие бардака в жизни, и разбирались уже с этим смыслом, а потом с бардаком.

Мне больше всего понравилась фишка про «если я избавлюсь от этого, я что, буду уже не я?»

В числе письменных практик упоминаются фрирайтинговые «пятиминутки» по определённой теме. Вот, например, все сидят и пять минут (по таймеру) завершают незавершённое предложение:

– под этим хламом скрывается…

– что я люблю в своём бардаке, так это…

– что я ненавижу в своём бардаке, так это…

В шеринге у них там общие темы выкристаллизовывались. И просто любо-дорого смотреть, какие: сложности с расстановкой приоритетов, с мотивацией, с установкой границ; конфликты между идеями «быть творческ_ой» и «быть организованн_ой» (т.е. между творчеством и планированием/дисциплиной); и недостаток умений для жизненных переходов-трансформаций.

Про хлам и границы вещь, по-моему, прекрасная: мы часто соглашаемся с присутствием чего-либо в своём пространстве, потому что не умеем вовремя сказать «нет, это не моё и оно мне не нравится». Вещь как персонификация вторжения в личное пространство: раз пустили, потом стыдно изгнать.

Или другая параллель: расхламление — переход (transition; я попутно размышляю, что в Таро это может быть и 6 Мечей, и Смерть, и Суд; случай Башни — это случай принудительного расхламления в результате форс-мажора, и это немножко по-другому).

А авторка тут ссылается на работу Вильяма Бриджеса (William Bridges, 2004) «Переходы: Жизненные перемены со смыслом». Мы тащим с собой кучу бесполезных грузов — и «предметных», и, кхм, «беспредметных». Потому что хлам — это не только вещички; есть масса сорных и хламных чувств (хлам эмоциональный), мыслей (хлам ментальный) и прочих отягощений, которые в этом случае служат не накачке мышц, а только усталости и нежеланию шевелиться. Сил нет в этой куче ещё и шевелиться, какие там переходы.

А в переходе, между тем, три стадии, а не опа и начал_а (новую жизнь с понедельника).

Сначала — endings, завершения (именно в множественном числе мне это слово тут нравится; и я с нежностью сейчас вспоминаю одноимённую карту Алхимического оракула и парную к ней — про начинания, про которые ниже). Неважно, «позитивная» перемена случилась или «негативная» (свадьба или похороны), любой переход начинается с завершения. И это важно прочувствовать. И важно попрощаться с тем, что заканчивается. Демонтаж прежней декорации, разотождествление с привычной обстановкой и укладом, дезориентация в конечном счёте. Не выполнив эти задачи, можно запросто перетащить старые хвосты в новую избу.

Потом — нейтральная зона. Неоднозначное, но плодотворное междувременье. Жизнь уже не может быть той, что прежде, но пока непонятно, какой она будет дальше. Старого уже нет, нового ещё нет. У меня умер папа; кто я теперь, без него, как я буду? Я вышла замуж; какой я буду женой, какой я буду теперь? Что будет с моими ценностями и приоритетами, как будет выглядеть мой день с поправкой на это всё? Что заполнит мою жизнь, когда в ней освободилось это место или когда пространство получило совершенно новое оформление? На этом этапе речь идёт об открытости новым возможностям; не о готовых планах и стратегиях, а только об открытости.

И только потом — новые начинания. Товарищ Бриджес напоминает: мы часто думаем, что «новое начинание» — это конкретные и сознательные действия, и забываем, какими неопределёнными и расплывчатыми на самом деле могут быть очертания этого нового этапа.

Connected&Free Alchemist`s Oracle

Когда речь идёт о бардаке и хламе, она идёт о незавершённых завершениях. Мы уже как бы пришли в новую жизнь, но ещё не ушли из старой. Одной ногой мы стоим в коммунизме, другой в чём-то ещё; и долго, милок, нам так ещё раскорякой стоять? Простая сортировка этих объектов, которые прибыли с нами в новую жизнь, может быть полезным упражнением для прохождения сквозь неопределённость и вызванный ею дискомфорт нейтральной зоны. А расчищенное пространство лучше подходит для новых начинаний, чем старый сарай с многопоколенным хламом.

Простейшие письменные практики в этом процессе — это снова техника незавершённых предложений (которые нужно, понятно, завершить):

– сейчас настало время отпустить/избавиться от…

– сейчас важно сохранить…

– сейчас время освободить место для…

Про ритуалы тут тоже есть. Чтобы лучше придумать, что это будет за церемония, предлагаются наводящие вопросычто мне нужно отпустить из своей жизни? Какие предметы, убеждения, активности, чувства? С чем в моей жизни они связаны? Какие символические действия лучше всего подойдут для избавления от этого? Письмо? Проговаривание? Дарение? Выбрасывание? Сжигание? Захоронение? Создание чего-то нового из этого как из материала? Сооружение святилища?

И для нейтральной зоны тоже предлагается техника незавершённых предложений — с зачинами «Я знаю…» и «Я не знаю…» В процессе многое из того, что казалось совершенно непонятным и неизвестным, вдруг волшебным образом может попасть в столбик «Я знаю».

Невероятно прекрасная письменная практика — это переписка с бардаком и хламом (-: Натурально, нужно написать письмо своему бардаку (и ответить себе на него — от имени бардака).

Интересно, что этот бардак, который кажется безысходным, невыносимым в прямом и переносном смысле и вообще фу, в переписке может оказаться весьма дружелюбным и даже выразить готовность к сотрудничеству («да-да, я уже готов уйти. Ваш Хлам»). Хотя бывают и довольно неприятные бардаки, которые выражают сожаление, что с ними собираются поступить грубо, и угрожают вернуться при первом удобном случае.

Вообще переписка — грандиозная вещь. И неотправляемые письма (те, что никогда, ни при каких обстоятельствах не будут прочитаны конкретным адресатом, с которым вы «выясняете отношения» без его участия, и тут очень важно позаботиться о неприкосновенности этих писем и конфиденциальности) — особенно грандиозны. В контексте бардака, доставшегося «по наследству», им тоже находится применение.

Есть вещи, которые мы не выкидываем, потому что они принадлежали кому-то из близких или были подарены кем-то, хотя нам самим эти вещи могут не нравиться. Чтобы в конце концов с чистым сердцем попрощаться с «наследством», предлагается обращаться в этом письме к самой вдохновляющей версии адресата (и так же написать от его/её имени ответ). Или, как вариант, в таком письме можно провести границу между «моё — не моё», «нравится мне — нравится тебе»: «Дорогая мамочка, я больше не буду хранить эти прекрасные книги для записи рецептов, которые ты мне дарила. Я вообще не готовлю дома. Это не моя жизнь».

И ещё один простой и полезный метод для многих задач (и для избавления от хлама тоже) — нарисовать майнд-карту. Тут два варианта: либо с помощью майнд-карты мы разбираемся, что составляет наш бардак, либо непосредственно решаем практическую задачу — что с этим бардаком делать. В первом случае это рефлексивный и даже терапевтический инструмент, во втором — прикладной. В центр в кружочек мы помещаем «БАРДАК», а от него вытягиваем ниточки к другим, более мелким кружочкам, в которых перечисляем всё-всё-всё, что в этот бардак входит, «разбираем» его на составные части. И на бумаге это не так страшно, как вживую. К каждой составной части бардака можно прописать, какие чувства это вызывает, какие мысли есть по этому поводу — то есть зафиксировать в майнд-карте не только сами предметы, но и смыслы, связанные с ними, чувства, людей, которые за этими вещами стоят, и отношения с этими людьми.

В практическом варианте — прописываем к каждой части бардака идеи, что можно с этим сделать, и добиваем их конкретикой: если подарить — то кому и когда, если отдать — то кому и как, если продать — то за сколько и куда разместить объявление… То есть тут должна получиться очень конкретная майнд-карта — со всеми координатами, датами и справочной инфой, включая телефоны и часы работы, что, кому, куда и за сколько отдать, чтобы разгрести эту катастрофу.

Куда я могу это деть? Кому я могу это отдать? Что мне делать с этими старыми письмами? А что я чувствую прямо сейчас? Ага!

Дорогой бардак, я иду к тебе (-:

Ольга Бахтина
Тарословка (: Люблю Ману Чао, кости, лес, Таро и текст. Читаю карты, пишу тексты, понимаю происходящее.

Pin It on Pinterest